Театр "Практика" меняет руководство: современную драматургию могут разбавить фольклором
В московском театре "Практика" произошла смена руководства, способная заметно повлиять на его художественную политику. Департамент культуры Москвы назначил актерa и режиссера Дмитрия Брусникина новым художественным руководителем, а пост директора заняла Анна Жилина. Ее профессиональный опыт связан не столько с современной драматургией, сколько с административной работой и фольклорными культурными проектами.
Официальные распоряжения были подписаны 3 и 4 мая. Сначала стало известно о назначении Брусникина и прекращении полномочий директора Юрия Милютина. По данным сотрудников театра, увольнение Милютина входило в число условий, выдвинутых новым художественным руководителем. На следующий день директором назначили Анну Михайловну Жилину.
О Жилиной в открытом доступе известно немного. В начале 2010-х она снялась в нескольких российских кинофильмах, а затем занялась административной деятельностью. На момент назначения она работала директором по общим вопросам в Московском культурном фольклорном центре, которым руководила Людмила Рюмина. Именно эта профессиональная биография вызвала вопросы у части коллектива "Практики": театр создавался как площадка для современной драматургии, экспериментальных форм и междисциплинарных проектов.
Сотрудники театра утверждают, что еще зимой обсуждалась возможная кандидатура хореографа и режиссера Олега Глушкова. Он считается одним из заметных представителей молодой российской режиссуры, работающей на пересечении театра, танца, музыки и визуального искусства. Однако предложение коллектива не получило поддержки департамента культуры. Вскоре после назначения нового руководства театр покинули финансовый директор и глава PR-службы.
Смена руководства стала неожиданной именно потому, что "Практика" долгие годы воспринималась как одна из наиболее последовательно развивавшихся площадок современной сцены. Театр появился в 2005 году и с первых сезонов отказался от модели традиционного драматического учреждения с постоянной труппой и жесткой репертуарной системой.
При Эдуарде Боякове, который возглавлял "Практику" с 2005 по 2013 год, театр превратился не только в сцену, но и в культурное пространство. Здесь проходили лекции, дискуссии, кинопоказы, концерты, читки и фестивали. Такой формат позднее стал привычным для многих московских театров, однако в середине 2000-х он воспринимался как серьезное новаторство.
Бояков развивал продюсерскую модель: под каждый проект формировалась отдельная команда, а постоянная труппа не считалась обязательным условием существования театра. Благодаря этому "Практика" могла сотрудничать с разными режиссерами, драматургами, хореографами, музыкантами и художниками. Разнообразие творческих групп стало одной из главных особенностей площадки.
В 2013 году Бояков предложил на должность художественного руководителя драматурга Ивана Вырыпаева. Вместе с ним в театр пришел директор Юрий Милютин. При новом управлении "Практика" продолжила расширять аудиторию и увеличивать число спектаклей.
В 2013 году театр посетили 16 109 зрителей. Уже в 2014-м показатель вырос почти вдвое - до 30 тысяч человек. В 2015 году аудитория достигла 35 тысяч, а в 2016-м - 37 тысяч. Одновременно увеличивалось количество показов: если в 2013 году состоялось 365 спектаклей, то в последующие годы их число выросло до 426, 467 и 519.
Изменился и темп выпуска премьер. В 2014 году театр представил шесть новых постановок - вдвое больше, чем годом ранее. В 2016-м на сцене появились уже десять премьер. Эти цифры свидетельствовали о том, что "Практика" не только сохраняла экспериментальный статус, но и укрепляла организационную базу.
Положительная динамика наблюдалась и в финансовой сфере. С 2012 по 2015 год государственная субсидия театру оставалась на уровне 34,3 миллиона рублей. В 2016 году финансирование увеличилось до 36,5 миллиона. При этом театр постепенно повышал долю собственных и привлеченных средств, что указывало на развитие продюсерской и партнерской модели.
Для "Практики" важным было не только количество зрителей, но и сама структура аудитории. Театр ориентировался на людей, интересующихся современной культурой, новыми драматургическими формами и актуальной повесткой. Его спектакли часто строились не вокруг классического сюжета, а вокруг исследования языка, социальных конфликтов, личной идентичности и возможностей сценического высказывания.
Поэтому назначение руководителя, чья профессиональная деятельность связана с фольклорным учреждением, воспринимается как возможный поворот в культурной стратегии театра. Это не означает автоматического отказа от современной драматургии, однако может привести к появлению в репертуаре более традиционных форм, музыкальных программ и проектов, основанных на национальной культурной тематике.
Одним из возможных сценариев станет попытка соединить экспериментальную сцену с фольклорным материалом. В театральной практике такие сочетания способны давать интересный результат: народные мотивы могут использоваться не как декоративный элемент, а как основа для разговора о памяти, языке, региональной идентичности и культурных изменениях.
Однако для сохранения репутации "Практики" важно, чтобы новые проекты не вытеснили ее прежнюю специализацию. Сила театра заключалась в открытости к разным художественным командам, в готовности работать с непривычными жанрами и в поддержке молодых авторов. Если эти принципы будут сохранены, смена руководства может стать не разрушением, а этапом расширения программы.
Особое значение теперь приобретет состав режиссеров и драматургов, которых пригласят в театр в ближайшие сезоны. От этого будет зависеть, останется ли "Практика" площадкой для актуального искусства или постепенно превратится в более универсальный культурный центр с размытым художественным профилем.
Не менее важна и внутренняя атмосфера. Уход нескольких ключевых сотрудников сразу после кадровых решений может свидетельствовать о серьезных разногласиях относительно будущего учреждения. Для театра, который строился как коллективный и проектный организм, потеря управленческой команды способна повлиять на его работу не меньше, чем назначение нового художественного руководителя.
В итоге "Практика" оказалась перед выбором между преемственностью и обновлением. Дмитрию Брусникину предстоит сохранить интерес к современной драматургии, одновременно определив собственное направление развития. От того, удастся ли объединить экспериментальную театральную среду с новыми культурными акцентами, будет зависеть дальнейшая роль площадки в московской театральной жизни.
